В тот день Алексей приехал на вызов и застал картину, которая надолго врезалась в память: на льду лежал мужчина, рядом плакали его дети, но тот никак не реагировал. Сердечный приступ случился с ним прямо на рыбалке. Прибывшие спасатели уже ничем не могли помочь — и это самая грустная часть их работы. Какие случаи травмируют даже опытных водолазов и почему порой так долго ищут утонувших людей? Можно ли спасти человека, который уже пошел ко дну? Журналисты поговорили об этом с начальником и командой спасательной станции «Криница».
«Из десяти человек в группе водолазом стал только один»
На станцию мы приезжаем в день рождения Беларусского республиканского общества спасания на водах (привычнее — ОСВОД). В этом году ему исполнилось 154 года — почти юбилей! Нам тут же предлагают прокатиться на моторной лодке, чтобы посмотреть на стаю лебедей, которые обитают неподалеку.
Погода сегодня солнечная, прогулка получается приятной, хоть и с ветерком. Удается даже подплыть довольно близко к птицам, рассмотреть их и пофотографировать. Работа спасателей ОСВОДа начинает казаться нам романтичной. Но чаще всего этим людям некогда любоваться природой.
— После сигнала тревоги мы должны прибыть на место происшествия в течение 3−5 минут, даже если это на другом конце водохранилища. Поэтому все нужно делать очень быстро и слаженно, — рассказывает Алексей Василевский.
Алексей пришел в ОСВОД шесть лет назад. Сначала работал дежурным водолазом, а спустя четыре года стал начальником спасательной станции «Криница».
— Я давно увлекался подводной охотой и плаванием. Когда знакомый предложил работу водолазом в ОСВОДе, подумал: почему бы и нет? Прошел медосмотр и специализированные курсы, сдал экзамен и спустя три месяца попал в команду спасателей. Кому-то для этого нужно чуть больше времени, кому-то — меньше, но в среднем обучение занимает 3−5 месяцев. Многие в процессе отсеиваются — в моей группе, например, из десяти человек до конца дошли шестеро, а в других группах бывало и того меньше, а то и вообще только один из всех. Помню также одного парня — молодой, крепкий, пока учился, все нравилось и все получалось. Но, когда впервые погрузился в мутную воду, где ничего не видно, почувствовал себя настолько дискомфортно, что не смог работать. И такое бывает.
«Мы погружаемся под воду каждый день в любое время года»
Водолазы ОСВОДа работают по графику 2/2, также есть ночные смены: дежурные на станциях должны быть круглосуточно.
— Я, как начальник станции, сейчас перешел на график 5/2. Но если возникают какие-то экстренные ситуации, то подключаюсь в любое время суток, будь то вечер, выходной или праздник, и при необходимости выезжаю на место. Я женат, у меня двое детей, но семья уже привыкла к специфике моей работы.
Что касается возрастных ограничений, то в среднем водолазы уходят на пенсию в 50−55 лет. Но некоторые погружаются и в 60 — и чувствуют себя прекрасно. Все зависит от состояния организма.
— Мы ежегодно проходим медкомиссию и, если все в порядке, получаем допуск к дальнейшей работе. К тому же перед выходом на смену каждого спасателя ОСВОДа осматривает штатный медработник: измеряет ему температуру, давление и так далее. Потому что даже незначительные отклонения этих показателей могут быть опасными при погружении под воду.
Всего в штатном расписании на спасательной станции «Криница» шесть водолазов. Сейчас здесь работают четверо, а еще двое проходят обучение.
Кстати, среди беларусских водолазов не встретишь ни одной женщины. Почему?
— Водолазное дело подразумевает не только спасательные операции, но и другие виды работ, которые выполняются под водой: ремонт судов, сварка, очистка водоемов, перемещение и поднятие тяжелых грузов. Да и само снаряжение весит немало — от 40 до 70 килограммов. В общем, для женщин это еще более физически сложная работа, чем для мужчин.
Алексей и его коллеги погружаются под воду каждый день, летом и зимой, вне зависимости от погодных условий. Причем делают это в полном снаряжении, чтобы не потерять сноровку. Регулярные тренировки под водой необходимы и для адаптации организма, в частности барабанных перепонок, к резким перепадам давления.
— Вообще, наша профессия включена в список работ с вредными и опасными условиями труда, существует ряд «водолазных» болезней: баротравмы, кислородное отравление, обжим водолаза (болезненное состояние, которое возникает из-за разницы давления. — Прим. ред.), декомпрессионная болезнь и так далее. К тому же бывали случаи, когда спасатели гибли во время исполнения служебных обязанностей. Правда, это было не в Беларуси, — отмечает водолаз спасательной станции «Криница» Дмитрий.
— Для того чтобы во время спасательной операции никто не пострадал, очень важны сплоченность и четкое соблюдение инструкций. На станции, как правило, дежурят моторист (водитель катера или моторной лодки. — Прим. ред.), матрос, медработник и три водолаза: тот, который будет погружаться под воду, обеспечивающий и страхующий, — добавляет Алексей.
Обеспечивающий и страхующий водолазы — ключевые участники водолазной станции, отвечающие за безопасность водолаза, работающего под водой. Первый обслуживает спуск (связь, воздух, шланги), а второй находится в постоянной готовности немедленно оказать помощь в случае аварии.
Когда на спасательную станцию поступает сигнал тревоги, алгоритм действий такой: моторист продумывает самую короткую траекторию и доставляет водолазов к месту происшествия. Они зачастую надевают снаряжение прямо в лодке. Все это происходит в течение нескольких минут: цена времени в работе спасателей ОСВОДа очень высока.
После того как катер заякорен и выставлен флаг «Альфа» (сигнал о том, что судно остановилось), рабочий водолаз погружается в воду. Обеспечивающий и страхующий остаются в судне и контролируют сигнальный конец — веревку, по которой спасатель ориентируется на дне и получает указания.
Почему тела погибших могут не всплывать
Спасение людей на водах и поиск утонувших — основные задачи в работе водолазов. Этим они занимаются не каждый день, но в боевой готовности нужно быть постоянно.
— В большинстве случаев люди тонут по своей неосторожности или если находятся в нетрезвом состоянии. К счастью, трагических происшествий с каждым годом становится все меньше. Если люди отдыхают на оборудованных пляжах, где есть спасатели, то вероятность несчастных случаев в разы меньше, чем в диких местах.
Тем не менее за свою практику Алексею не раз доводилось доставать тела погибших. Интересуемся, почему иногда их ищут по несколько дней, а то и недель.
— У нас в стране много искусственных водоемов. Вода в них мутная, видимость плохая, на дне часто есть коряги, рыбацкие сети и другие предметы, за которые может зацепиться тело, ушедшее на дно. А в реках, например, человека может отнести течением далеко от того места, где он погиб.
На длительность поисковых операций могут влиять и физиологические процессы, которые происходят с телом после того, как человек утонул.
— Когда человек захлебывается, он начинает глотать воду и из-за этого быстрее идет ко дну. Одежда и другие вещи, которые есть на нем, также ускоряют погружение. Первое время тело может оставаться на глубине из-за этого. Постепенно в организме происходят изменения — если вода теплая, то этот процесс идет быстрее. Внутренние органы и ткани начинают выделять газ, что приводит к увеличению объема тела. Это явление называется раздуванием. На моей практике был случай, когда утонувшего раздуло до такой степени, что его было невозможно поднять наружу.
«Мать бежала к своему утонувшему сыну и кричала: „Жив! Жив!“»
Работа водолазом требует не только хорошей физической формы, но и психологической устойчивости. Слезы родных, искреннее сочувствие горю — все это часть рутины спасателей. Тут напрашивается один вопрос: как все это выдерживать?
— Ну давайте начистоту: родственникам важно найти и похоронить утонувшего. Это лучше, чем неизвестность. Осознание этого помогает мне переносить тяжелые моменты. Но иногда, конечно, абстрагироваться невозможно… И дело даже не в измененном до неузнаваемости теле. Сложнее сталкиваться с реакцией близких на смерть человека.
Алексей вспоминает случай, как мужчина с семьей поехал на зимнюю рыбалку. Вышел на лед, и у него случился сердечный приступ. Когда приехали спасатели, он был уже мертв.
— Дети обнимали отца, плакали, жена в истерике металась вокруг… У меня потом еще долго эта картина перед глазами стояла.
Доставать тела детей Алексею не приходилось. А вот его напарник, после того как столкнулся с этим, ушел во внеплановый отпуск.
— Он сам молодой папа, и ему действительно было тяжело. Но ничего, потом отдохнул, отошел и вернулся к работе.
Несмотря на все сложности и специфику профессии водолаза, Алексей любит свою работу и видит в ней определенные плюсы.
— Она помогает постоянно находиться в хорошей физической форме. Да и обстановка вокруг в целом приятная, особенно летом: мы же находимся на природе, постоянно дышим свежим воздухом. Ну и самое главное — это, конечно, то, что ты чувствуешь значимость того, что делаешь: как минимум четыре человека выжили благодаря мне. Еще нравится эффект новизны: ты никогда не знаешь, что тебе принесет следующий день. Нам и телефоны со дна приходится доставать, и животных выручать. Был случай, когда бездомная собака вышла на лед и провалилась. Мы ее вытащили, привезли на станцию, накормили, отогрели, и потом как-то быстро нашелся хозяин для нее.
Историей, которая впечатлила сильнее всего, поделилась с нами и официальный представитель Минской городской организации ОСВОД Анна Новикова.
— Произошло это лет пять назад на Заславском водохранилище. Семья отдыхала на берегу, и подросток 14 лет заплыл за буйки. Там у него начались проблемы с сердцем. Спасатели подплыли очень быстро, буквально за четыре минуты, но ничего не смогли сделать… Когда мальчика достали и начали откачивать, вода стала рефлекторно выходить из легких, и казалось, что это он сам откашливается. Но это было не так. Помню, как мать бежала к своему утонувшему сыну и кричала: «Жив! Жив!» У меня у самой маленький ребенок, и многие говорят: мол, почему не отдаешь его в бассейн? А я боюсь! Потому что мне кажется, если не будет уметь хорошо плавать, может, хоть на глубину не полезет…
Много случаев и со счастливым концом, даже когда в него уже трудно поверить. Как-то раз, рассказывают спасатели, удалось достать и откачать мужчину, который погрузился на самое дно и уже даже не дышал.
— Глаза у него были закрыты, пульс не прощупывался. Но его очень быстро извлекли из воды, провели сердечно-легочную реанимацию. И пострадавший пришел в себя.
Если человек тонул, не стоит отказываться от госпитализации, даже если, казалось бы, все в порядке, обращают внимание спасатели.
— Важно помнить о риске повторного утопления, или так называемого сухого утопления. Это происходит из-за того, что вода остается в легких, вызывая воспаление, или даже может попасть в мозг, что крайне опасно. Бывают случаи, когда люди отказываются от медицинской помощи, идут домой, и через некоторое время у них начинаются серьезные проблемы с дыханием или другими органами, что в конечном итоге может привести к летальному исходу, — рассказывает официальный представитель республиканского совета ОСВОД Екатерина Михалева.