Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Лукашенко предлагал женщинам «родить трех малышей и требовать что угодно». Минчанка родила тройню и попросила квартиру
  2. Лукашенко: «Выиграть конфликт с расположенными по периметру государствами мы не можем»
  3. Лукашенко доложили, какая область страны «самая счастливая». Он удивился
  4. Российский блогер-боксер избил минчанина на Зыбицкой до комы, а после посчитал приговор суда незаконным
  5. «Хренин призвал». Лукашенко заявил, что его младший сын служит в армии
  6. Беларуска более трех месяцев стоит в «новой» очереди на польскую визу — поговорили с ней. Выводы экспертов тоже не радуют
  7. «Мы очень даже живы». Защитница Тихановского и Бабарико — о приговоре своему коллеге и будущем адвокатуры в Беларуси
  8. Семейные связи и хорошие должности. Где работают родственники невестки Лукашенко
  9. В Минске местами снимают рекламу казино. Недавно Лукашенко как раз говорил про «крути гуся»
  10. «Один шанс на 200 миллионов». ГосТВ рассказало о маме тройняшек, попросившей у Лукашенко жилье, — но кое о чем забыло упомянуть
  11. «Шокирован, если честно». Отец пятиклассницы пожаловался в TikTok на задачи по математике, а на следующий день его уволили
  12. «Высокий такой парень, хоккеист». Подробности убийства беременной минчанки
  13. МВД хочет взять под контроль домофоны


Комиссия в исправительной колонии № 4 рассмотрит 6 апреля дело Марии Колесниковой о наложении на политзаключенную очередного взыскания, сообщает официальный телеграм-канал Виктора Бабарико.

Фото: Reuters
Мария Колесникова на суде. Фото: Reuters

Взыскание может стать для Колесниковой вторым за неделю. Администрация колонии утверждает, что политзаключенная перебивала начальника ИК во время наложения предыдущего взыскания.

Если Марию Колесникову признают злостной нарушительницей порядка отбывания наказания, ее могут перевести в тюрьму или в помещение камерного типа.

Ранее, 30 марта, на Марию Колесникову наложили взыскание, из-за чего лишили права на длительное свидание с отцом. Со слов Марии, основанием для этого послужило якобы невежливое обращение к сотруднику колонии после свидания с адвокатом 24 марта.